— Бомжи разные бывают…

Лешка хмыкнул. Он понял, что я имею в виду. Три дня назад его вызвали на падение с высоты, сказали — бомж с крыши свалился. В принципе это не редкость, бомжи лазают по крышам с целью кражи тарелок НТВ и часто срываются вниз, либо по неловкости, либо по пьяни. Бомж так бомж. Лешка приехал во двор, где лежало тело, и с недоумением оглядел кашемировое пальто, надетое на труп, галстук от Версаче, золотые часы и золотые зубы, а также битком набитый бумажник, лежавший на асфальте рядом с трупом. «Это что, по-вашему, бомж?» — осведомился он у участкового. «Ну а кто же? — удивился участковый. — Вот паспорт его, он в Питере не прописан, значит, лицо без определенного места жительства…»

Отставив чашку, Горчаков любезно предложил проводить меня, если я соберусь в течение получаса, но я отказалась. Обвинительное по разбойнику действительно надо было сдать в понедельник. Сейчас закрою за Лешкой входную дверь, посижу еще часа три, до полуночи, а потом вызову такси. Сыночек мой в лагере, никто меня дома не ждет, кроме жабы Василисы вот и надо использовать свободное время по максимуму.

Стуча по клавишам клавиатуры компьютера, я вспоминала, как взяли разбойника. Он и вправду был выпускником юрфака, красавцем и бонвиваном. Когда я заканчивала факультет, он уже год работал в прокуратуре и там тоже слыл первым парнем на деревне, его громко арестовали за получение взятки в виде ужина в ресторане. Что уж там было на самом деле, я не знаю, но в суде он получил пять лет и отбыл их от звоночка до звоночка. С юридической карьерой было покончено, а самолюбие у Рыбника било через край. Он пропал на восемь лет, похоже было, что где-то воевал, допускаю даже, что в Иностранном легионе, — три языка, французский, английский и испанский, он знал блестяще. Потом появился здесь, в Питере, и за полгода совершил пять дерзких ограблений пунктов обмена валюты, забрал в общей сложности около трехсот тысяч долларов. Эти деньги так и не нашли, хотя прочесали мы все на совесть.