Там принимают только гинекологи, урологи и проктологи. О Свете отзываются довольно сдержано. У меня сложилось впечатление, что она не слишком хорошо ладила с коллективом. Когда я сообщил о ее гибели, особенного сочувствия никто не выразил. Некоторые медсестры перешептывались и мне показалось, что в их тоне даже злорадство проскальзывает, – рассказывал Мамедов.

– То есть, она была стервой, я правильно тебя поняла? – уточнила Вершинина.

– Похоже, что так, Валентина Андреевна. Мне показалось, что ее недолюбливали как медсестры, так и врачи. Главврач даже намекнул, что несколько раз вставал вопрос о ее увольнении, поскольку она не очень добросовестно выполняла свои обязанности – опаздывала на работу, была не достаточно вежлива с клиентами. Но когда я узнал, какие зарплаты они там получают, то сразу понял, почему ее так долго терпели – не много найдется таких отчаянных, которые за эти гроши будут вкалывать на такой работе. К тому же их могли вызвать в любое время суток, потому-то они всегда должны были носить с собой пейджеры. Одна из медсестер сказала, что Света работала там только ради регистрации – фирма предоставляла прописку иногородним в каком-то общежитии.

– Так она что, в общежитии жила?

– Да нет, эта общага находится где-то у черта на куличиках, она даже, как я понял, не достроена. Никто из сотрудников, прописанных там, в нем не проживал. Просто людям нужна была прописка, и фирма ее предоставляла.

– А ты не узнал, где проживала Света на самом деле?

– Нет, она не была настолько близка ни с кем из сослуживцев.

Валандра помолчала, обдумывая полученную Алискером информацию.

– Что теперь делать? – спросил он.

– Приезжай сюда. Скоро должны вернуться ребята, соберем все, что они выяснили, и будем думать, что делать дальше.

Едва Валандра повесила трубку, как снова затрезвонил телефонный звонок.