– Только, пожалуйста, не сердитесь на вашего подчиненного, – попросил Головинов, снова угадав ее мысли, – это я виноват. Я очень просил его рассказать подробности, и даже пригрозил, что в противном случае не стану отвечать ни на какие вопросы. Так что, это целиком моя вина! А ваш сотрудник прекрасно справился со своим заданием.

– Ну, об этом уж позвольте судить мне самой, – отрезала Валандра, решив, что завтра непременно устроит взбучку Толкушкину, чтобы впредь он не слишком откровенничал. Хотя, после получаса общения с Головиновым, она прекрасно представляла себе, как трудно устоять против магнетического обаяния этого человека.

– Если вы так хорошо обо всем проинформированы, может быть, вы поможете мне прояснить ситуацию с вином, найденным в квартире Зубова?

– Да-да, я с удовольствием окажу любое содействие, какое только будет в моих силах, – с готовностью ответил он.

– Вы не знаете, что это может быть за напиток и как он мог оказаться у Володи?

Несколько секунд Головинов молчал, обдумывая слова Вершининой.

– Вы полагаете, – наконец произнес он, – что это может быть связано с нашей работой?

– Это очевидная мысль, которая напрашивается с первого момента ознакомления с делом.

– Вам, как частному детективу, виднее. Но мне она не кажется столь уж очевидной. К сожалению, я не могу сказать ничего определенного. Во-первых, потому, что я не знаю, какое именно вещество обнаружено в вине. А вторая причина заключатся в том, что я не знаю, как мог Володя вынести что-либо из лаборатории. Если вы захотите ознакомиться поближе со спецификой нашей работы, вы сразу поймете, как строго у нас учитывается каждый миллиграмм любого вещества, будь то обычный медицинский спирт или дорогостоящее лекарственное сырье.

– Но Володя, наверное, хорошо разбирался в подобных веществах, он мог приобрести их в другом месте.

Головинов вздохнул и неохотно согласился: