Иенсен записал на карточке: "21 326 453".

- Это очень высокая цифра. Она свидетельствует о том, что наша страна имеет самую высокую читательскую активность в мире.

- А еще где-нибудь еженедельники издаются?

- Очень немного. Их печатают всего несколько тысяч экземпляров - для весьма ограниченного круга читателей.

Иенсен кивнул.

- Но издательство представляет собой, разумеется, лишь одну из ветвей концерна.

- А что еще в него входит?

- По моему ведомству речь идет о ряде типографий, печатающих главным образом газеты.

- Сколько именно?

- Чего, типографий? Тридцать шесть.

- А сколько газет они выпускают?

- Около ста... Одну минуточку... - Секретарь порылся в бумагах. - Сто две - на сегодняшний день. Ибо газетное дело на редкость непостоянно. Одни газеты закрываются, вместо них возникают другие.

- Почему?

- Чтобы лучше отвечать новым запросам и улавливать дух времени.

Иенсен кивнул.

- Общий тираж газет за истекший год...

- Какой же?

- У меня есть только сводные цифры, для всей страны. Девять миллионов двести шестьдесят пять тысяч триста двенадцать экземпляров ежедневно. Но это и есть примерно та цифра, которая вас интересует. Выходит, правда, несколько газет, не зависящих от концерна. Но они испытывают затруднения с подписчиками, и тиражи у них ничтожные. Если вы сократите приведенные мной цифры тысяч на пять, вы получите искомый результат.

Иенсен записал на ту же карточку: "9 260 000". И спросил:

- А кто занимается вопросами подписки?

- Демократическое объединение издателей.

- Там представлены все газеты?

- Да, за исключением тех, чьи тиражи не превышают пяти тысяч экземпляров.

- Почему?

- Более низкие тиражи нерентабельны. Практически концерн незамедлительно закрывает те газеты, чей тираж упал ниже приведенной цифры.