- Да вот же она, эта фотокарточка, смотрите!

Кондратов взял снимок и ткнул пальцем в одну из девиц:

- А это кто такая?

- Это Зинка, с Украины приехала. Куклой её у нас кликали. Красивая, стерва. И везучая. Какой-то "крутой" прикипел к ней и снял с панели. Теперь она только его ублажает. Я её уже месяца четыре не видела. У неё точно ключ был: активно девочка на Тверской работала. А теперь вот устроилась. И очень даже неплохо.

Кондратов молча протянул фотографию Пашину. У того в глазах потемнело: это была его Дина. Только с наглым взглядом и вызывающей улыбкой, совсем не похожая на забитую жизнью провинциалку.

"Все равно, не может быть, - мелькнула спасительная мысль, - что она причастна к убийству. А под мужиков ложилась, чтобы как-то прокормиться в чужом, незнакомом городе. Если она и скрылась от милиции, то лишь от страха быть обвиненной в преступлении, которого не совершала".

Кондратов, заметив, в каком состоянии Пашин, похлопал его по плечу.

- Не переживай, сынок. С кем не бывает. Мы тебя отмажем от гнева начальства, быстро разыскав беглянку, заменившую букву "З" на букву "Д" в имени. Чует мое сердце, она и на Украине наследила. А раз так, мы скоро получим ответ на наш запрос.

Пашин в отчаянии махнул рукой. Он не боялся наказания за служебный промах. Его волновала судьба сбежавшей девушки. Но сыщику из МУРа этого было не понять.

Ильин повернулся к девице.

- Значит, позавчера ты её не видела?

- Нет, клянусь, месяца четыре не встречала.

- А к кому из крутых ребят она ушла?

- Не помню точно. Девки что-то болтали между собой, а мне ни к чему. Ушла и ушла, других наберу. Кликуха у него какая-то чудная, не русская. А вспомнила, - Кучум!

- Ничего не путаешь?

- Нет. Точно она к нему и ушла.

Здесь больше делать было нечего. Кондратов, записал на листке из блокнота номер своего телефона и сказал: