Крис так и не попросил вернуть его обратно, чтобы остаться с близкими. Обычный эгоизм обычного человека. Тоска зеленая (в американском варианте она, тоска, голубая). Скука. Лэдли же прибыл в Новый Орлеан для решения экстраординарных вопросов. Его работа была чем угодно, только не рутиной.

США, Новый Орлеан,крытый стадион «Супердоум»,1 сентября, день

Ближе к полудню Крис забылся, затерялся среди многотысячных толп на стадионе «Супердоум», канул в небытие, как будто его никогда не было. Впрочем, человеческое стадо жило теми же примитивными инстинктами самосохранения, что и этот трусливый бастард. Люди дрались за еду, за воду, отвоевывали себе лучшие места, топтали слабых, пресмыкались перед сильными.

Наблюдающий за ними через треснувшее стекло Лэдли восседал в затененной ВИП-ложе. Стояла невыносимая жара. Ледяной чай лишь ненадолго утолял жажду, зато вызывал обильное потоотделение. Под рукавами мужских сорочек темнели влажные полукружья, немногочисленные женщины, допущенные на командный пункт, обмахивались газетами и беспрестанно брызгались дезодорантами. Губернатор Луизианы кричал в мобильный телефон, что врачам катастрофически не хватает медикаментов и станций для переливания крови. Начальник полиции требовал подкрепления, чтобы перекрыть входы на стадион, уже не способный вмещать всех, оставшихся без крова. Менеджеры спортивной арены остервенело торговались с агентами страховых компаний, согласовывая суммы убытков. Рабочие сволакивали в кучу обвалившиеся секции крыши. Ночью ветер обрушил их на спящих людей, и многие секции, упав на тела, не раскололись. Те, кто находился под плитами, разумеется, погибли.

Лэдли встал, заправил рубаху под брючный ремень и отправился на прогулку по трибунам, уже вторую за сегодняшний день. Его уши уподобились локаторам, а глаза словно обрели рентгеновскую способность проникать взглядом насквозь. Он смотрел. Он слушал. Ни одна мелочь не ускользала от его внимания.