Стернвудам, поселившимся на возвышенности, не надо было страдать от запаха нефти и тухлой воды, но они все еще могли из фасадных окон любоваться на то, что сделало их богатыми. Если конечно, им этого хотелось. Но не думаю, чтобы это доставляло им удовольствие.

Идя вдоль внутренней стороны ограды, я спустился по дорожке, выложенной кирпичом, с террасы на террасу до самых ворот, возле которых под большим перечным деревом стояла моя машина. Где-то далеко прогремел гром, небо над возвышенностью затянула багровая чернота. Близилась гроза. Ее предощущение было разлито во влажном воздухе. Я поднял верх своего кабриолета и поехал вниз, к городу.

У нее были действительно чудесные ноги, это надо было признать. Подходящая парочка, она и ее отец! Генерал, очевидно, хотел испытать меня, так как работа, которую он мне поручил, больше подходила юристу. Даже если бы уважаемый Артур Гвинн Гейгер, «Редкие книжки и роскошные издания», оказался обычным шантажистом, все равно это была бы работа исключительно для юриста. Разве что за этим крылось нечто большее, нежели могло показаться на первый взгляд. Похоже, я мог бы неплохо развлечься, попытавшись добраться до истины.

Заехав в публичную библиотеку в Голливуде, я бегло просмотрел скучный том под заглавием «Знаменитые первые издания». Через полчаса, проведенные за этим занятием, я вдруг ощутил, что голоден.

Глава 4

Резиденцией Гейгера оказался магазин в переднем крыле здания, расположенного в северной части бульвара, неподалеку от Лас-Пальмас. Дверь в него размещалась в глубокой нише за витринами. Витринное стекло предохраняла бронзовая решетка, а окна были прикрыты китайскими бамбуковыми ширмами, так чтобы с улицы нельзя было заглянуть внутрь.