Она летала всего дважды в жизни. Давным-давно, в Симферополь и пару месяцев назад — к друзьям в Югославию. Воспоминание о последнем рейсе до сих пор заставляло ее содрогаться от ужаса. Садясь в самолет, она не учла, что югославы — а их в салоне было большинство, — народ очень… как бы это выразиться… жизнелюбивый. Не успела крылатая машина взмыть в воздух, как они, точно сговорившись, извлекли из запасников сигареты, пиво и другие горячительные напитки и, шумно галдя, принялись употреблять все это вовнутрь. Уже через несколько минут салон заволокло сизым дымом, а Ане показалось, что она сию минуту испустит дух. Этого, к счастью, не произошло, но когда суровый таможенник взглянул на ее в буквальном смысле слова зеленое лицо, он торопливо велел ей проходить, даже не заглянув в паспорт. Должно быть, опасался что она вот-вот запачкает его рабочее место.

Ане было так плохо, что она всерьез решила никогда больше не садиться в самолет. Но нужно было как-то вернуться обратно в Россию и кто-то из друзей, услышав о ее проблеме, посоветовал выпить перед полетом «Бонин». Средство помогло, она благополучно возвратилась, но нелюбовь к самолетам не прошла.

Трап отъехал, и Анна едва удержалась, чтобы не броситься к выходу, умоляя выпустить ее. Салон был заполнен только наполовину, но все же людей вокруг было достаточно, а девушке казалось, что она совершенно одна.

Самолет вздрогнул и покатился по взлетной полосе.

Анна прилипла к иллюминатору, вцепившись руками в сумочку. Мимо проплыли огоньки аэропорта… Потом они оказались далеко внизу. Больше Анна ничего не увидела. У нее заложило уши, внутри все перемешалось, содержимое желудка поднялось к самому горлу. Сердце гулко колотилось в груди, каждый удар больно отдавался в голове, а перед глазами мельтешили разноцветные искры.

Когда она смогла наконец разлепить зажмуренные веки и осторожно выглянула в иллюминатор, вокруг были только белоснежные облака, похожие на взбитые сливки. Она огляделась по сторонам и удивилась тому, что остальные пассажиры преспокойно сидели на своих местах, кто-то читал, кто-то негромко беседовал с соседями, а кто-то и вовсе спал!