– Думаю, у меня может быть для тебя одно личное конфиденциальное поручение, – говорил он обычно.

– Когда, Ваше Святейшество?

– Этим вечером.

– Какие-то особые предпочтения?

– Хорошо сложенный, естественно.

– Хорошо сложенный или все-таки хорошо оснащенный?

– И то и другое, конечно.

И я отправлялся ковылять по вонючим, мрачным городским переулкам. Несколько раз молодые к которым я обращался, делали ошибочное заключение, что я ищу мужчину для себя. Один особенно сочный образец с широкими плечами и руками как у Геракла (чуть не написал – как у гориллы), говорившими о тяжелом ежедневном физическом труде, оглядел меня всего презрительным взглядом своих темных глаз и сказал:

– Ты, верно, шутишь.

– Тебе хорошо заплатят.

– Пожалуй, но я не настолько нуждаюсь. Кости святого Петра, чудовище у меня между ног выдавит из тебя все внутренности, из такой козявки!

– Это не для меня, идиот.

– Да? Для кого же тогда?

– Я же сказал, тебе хорошо заплатят. Просто иди за мной.

– А как именно хорошо?

– Как насчет полной индульгенции? – сказал я. – Судя по твоему виду, тебе она не помешает.

– Пошел на хрен, низкосракий.

– Это ответ, который я должен передать последователю князя апостолов и держателю ключей Петра? Он прикажет отрезать твое чудовище под корень и запихать его в твою наглую глотку. Так ты идешь или нет?

Он пошел.

Я уверен, – да я просто это знаю, – Лев искренне меня любит; благодаря его щедрости мне удалось скопить, для утешения в дни старости, значительную сумму, которую я поместил у флорентийских банкиров. У меня также есть целое собрание перстней – сплошь драгоценные камни, оправленные в серебро или золото, – но они спрятаны в одном месте в моей комнате, в каком, здесь я описывать не буду. Я их никогда не ношу. Не потому, что я не хочу их носить, а потому, что я на опыте узнал, что люди почему-то не любят, когда красивые вещи украшают уродливое тело вроде моего. Это отношение мне непонятно, так как никто не возражает против того, чтобы некрасивая женщина отвлекала внимание от своей дурной внешности при помощи дорогой одежды и роскошных украшений, – в действительности люди даже ожидают от нее этого; но шикарно разодетые карлики явно оскорбительны.