Войдя следом за ней в дом, я устремился к бару и, готовя себе коктейль, оценивал ситуацию. Своллоу сразу же поспешил ей навстречу, восклицая:

— Шерри, дорогая! Я так рад, что вы пришли!

Я отметил про себя свойственную ему бесцеремонность, но больше всего меня раздражал его фальшивый британский акцент, а также излишне часто употребляемые «старина» и «боже мой!». Он уже переоделся в плавки, которые, видимо, были сшиты на заказ.

Шерри что-то ответила ему, и он, запрокинув голову, громко расхохотался. Видимо, он специально запрокидывал голову, потому что в таком положении его шея выглядела толще и мускулистей. Он даже хохотал на фальшивый британский манер. Рауль вместе с Кингом направились к нему и Шерри, но я не смог дальше следить за развитием событий, потому что ко мне подошла Элен и уселась за стойку бара.

— Вы не забыли о моем коктейле, мистер Скотт? — осведомилась она с улыбкой.

— Зовите меня Шелл, солнышко. Я не забыл, вы просили виски с содовой, сейчас приготовлю.

Элен продолжала без тени сарказма:

— Она очень мила, не правда ли?

— Вы о новенькой? Согласен. Очень симпатичная.

— Она вся так и искрится. Вы знаете, кто это?

— Кажется, новая секретарша Своллоу?

Она кивнула:

— Ей следовало бы дать роль в нашем фильме.

— В конторе Джонстона ее бы не пропустили. Я удивляюсь, как вам удалось заполучить эту роль. Брин, наверное, вся позеленела от злости.

— Спасибо за комплимент, — ответила она.

Небольшая группа рядом с нами весело смеялась. Отделившийся от нее Дуглас Кинг подошел к бару. Усевшись рядом и глядя на меня, он похлопал Элен по бедру.