На похороны лидера крупнейшей группировки Ростова-на-Дону Виктора Колтунова по кличке Доктор (киллеры выпустили в него 60 автоматных пуль) съехались 500 преступных «авторитетов» со всей страны. Поминки проходили в одном из самых роскошных ресторанов города. Еще пышнее и представительнее были похороны Квантришвили – его бренное тело предали земле на престижнейшем Ваганьковском кладбище, неподалеку от могилы Высоцкого. Аналогичным образом дальневосточного вора в законе Вадима Беляева по прозвищу Беляй, убитого в Москве, похоронили в Хабаровске рядом с могилой известного в 70-е годы певца Кола Бельды. Причем панихида прошла в лучшем городском здании – в Театре музыкальной комедии. А лидера тамбовской группировки, орудовавшей в Санкт-Петербурге, Николая Гавриленкова по прозвищу Степаныч похоронили прямо в Псково-Печерской лавре. Это вызвало громкий скандал, но духовные пастыри пояснили, что покойный тратил большие деньги на нужды церкви.

В уголовном мире появляется еще одна социальная группа: «молодняк». Их также называют «беспредельщиной», «шпаной» и «отмороженными». Методы их жестче и циничнее: заложники, массовые расстрелы, взрывы. Российских воров в законе всего около 400. А банд – тысячи и тысячи. Их новые лидеры – «авторитеты». К 1993 году лишь 2 из 12 крупнейших московских банд возглавлялись ворами. В Санкт-Петербурге воры утратили влияние еще в конце 80-х.

Бандиты говорят уже не о «законах», а о «понятиях». Так, при «охране» фирмы действует «право первого». Явившись к бизнесмену и узнав, что у него уже есть «крыша», банда может либо поверить, либо потребовать доказательств. Для выяснения ситуации договариваются о «стрелке». Если «стрелка» не заканчивается договоренностью, конфликт быстро разрастается и может закончиться войной. Вполне серьезной – с применением самого современного оружия. Одна из крупных банд Свердловской области, например, отправилась на очередную «стрелку» на… танке (незадолго до этого его угнали прямо с военного завода). Все чаще в ход идут гранатометы.