Сергей несколько моложе Ларри, но на тот момент уже два года учился в докторантуре Стэнфордского университета. Благодаря своим незаурядным математическим способностям он получил диплом бакалавра в 19 лет. С первой же попытки успешно сдал все десять вступительных экзаменов в докторантуру Стэнфорда и приступил к научной работе. Уверенный в себе, физически крепкий и открытый Сергей занимался гимнастикой и плаванием, принимал активное участие в общественной жизни университета, но большую часть времени посвящал компьютерному программированию и решению математических задач.

Ларри же, выходец со Среднего Запада, несколько неуютно чувство вал себя в роли одного из тех избранных, которому посчастливилось попасть в элитную докторантуру Стэнфорда, и серьезно сомневался в том, что из этого выйдет толк. За эти несколько ознакомительных дней он надеялся с кем-то подружиться.

«Поначалу я чувствовал себя не в своей тарелке, – вспоминает он, – и боялся, что меня очень скоро отправят домой».

Ларри и Сергей быстро нашли общий язык – не в последнюю очередь благодаря своему природному желанию потягаться с достойным соперником, пусть даже отстаивая при этом абсурдную точку зрения. И неважно, о чем спор, важно переубедить противную сторону, доказав свою правоту.

Их бесконечные взаимные подзуживания и словесные перепалки послужили фундаментом для будущей совместной работы, основанной на взаимном уважении, хотя поначалу каждый посчитал своего нового знакомого заносчивым и неприятным типом. Оба они выросли в семьях, где интеллектуальные споры, особенно на такие темы, как компьютеры, математика и будущее, были обычным делом. В спорах они тренировали интеллект и развивали мыслительные способности. Правда, внешний вид ребят производил обратное впечатление: большинство людей, видевших Ларри и Сергея впервые, считали их талантливыми, дружелюбными и… глуповатыми парнями.