И - не понадобились. Входная дверь оказалась незаперта...

- Ты что, заходил в дом? - громко спросил Франц, пронзительно глядя на Бурханкина:

Тот так отчаянно затряс головой, что козырёк кепки сдвинулся набок.

- Ни-ни-ни!.. Боже, избави! Без хозяев?!.. Да и Варвар бы не позволил... Он меня признаёт, но пустить внутрь...

- А чего же тогда примчался утром, как угорелый?! "Шарфик-платочек"!.. Лучше сразу скажи всё, как на духу!

- Я только на дворе, это... огород... И в сарае... - неизвестно в чём оправдывался егерь, затеребив пуговицу на рубашке Франца.

Франц, не долго думая, отпихнул его локтем, толкнул дверь коленом и обернулся.

Бурханкин вжал голову в плечи, словно ожидал, что сейчас на них свалится ведро с водой или зацепит шальной дробиной.

- Фима, давай, это... не пойдём? Зачем нам на свою... Кто его знает, что там...

- Точно не был?.. - ещё раз сурово уточнил Франц.

От кивка егеря кепка упала на нос. Ежовые колючки волос встали дыбом.

- Тогда пошли. Только ничего не трогай!..

Казалось, хозяева вышли на минутку поставить чайник.

Ничего необычного. Но - пыль на семейном фото, но - зеркало потускнело, но - на подоконнике у цветочного горшка крендельки засохших листьев...

Незваные гости стояли посреди комнаты, ни к чему не прикасаясь.

Фомка с первой минуты находился в крайнем возбуждении: накрепко прилип боком к левой ноге Франца, шерсть на холке вздыбилась, хвост-метёлка вытянулся прутом, верхняя губа вздёрнулась, подрагивая, обнажила далеко не безобидные клыки.

Он скульнул разок, потом зажаловался.

- Фомушка, тихо, успокойся!

Фомка, ободрённый сочувствием и теплотой хозяина, вдруг - завыл в голос, кинулся к закрытой двери в соседнюю комнату, поскрёб лапами, шарахнулся, как от устья доменной печи, и пулей вылетел на двор.

Охотник нахмурился.

- Что там у них?.. - кивнул он на дверь.