Она кивком ответила: "Если хочешь," - распустила по ветру платок, разжала пальцы - он улетел в сторону океана.

И мы пошли...

Часть первая

ъ

Прокрустово ЛОЖЕ

Из-под каблука высунулась беспомощно разинутая роговая челюсть. Уцелевший глаз тускло и многообещающе уставился на Франца.

Франц брезгливо вытер подмётку о персидский ковёр.

Заметить рептилию размером с кофейное блюдце - было несложно, и боковым зрением он даже невольно наблюдал за черепашкой-подростком: своей шахматной скорлупой она достаточно ярко выделялась на паркете. Но Франца так утомил её хозяин, этот революционер-неудачник, так раздражало его подчеркнуто-равнодушное непонимание, что, ритмично вышагивая по светлой комнате, Франц не дал себе труда переступить через маленький живой двигатель. Хруст напомнил давние годы, даже рот снова наполнился слюной: так лопались улитки под детскими сандалиями, когда Игорёша, прячась от наказания взрослых, утаптывал себе лежбище на лугу.

Небрежно бросив: "Виноват!" - он вышел в большой квадратный холл, обрезанный по углам стеллажами с книгами и нотами. Там умело орудовали оперативники.

- Вы закончили, товарищ следователь? - обратился к Францу один из них. - Признался?

- Нет пока, - ответил Франц, - да куда денется?! Это он у себя дома, а попадёт ко мне в кабинет - всю его фанаберию как рукой снимет. Покажи, где тут санузел?..

Когда Франц вернулся в комнату, о последней минуте музыканта говорила лишь черепашья смятка, переложенная с пола на рабочую папку Франца... и распахнутая дверь балкона восьмого этажа... Нетрудно было догадаться зачем... Франц не стал смотреть.

Смерть - зрелище неприглядное... Даже оставшись далеко позади, она впечатывается в память, как татуировка в кожу...

Игорь Максимильянович Франц, юрист по образованию, немец по происхождению - не то, чтобы был заядлым охотником, но не пропускал ни одного сезона.