Ни торговля, ни банковское дело не сравнимы с научно-техническим творчеством, которым занят "оборонщик". Знаю людей, которые ушли из ВПК в бизнес, заимели хорошие квартиры, машины, дачи, обеспечили свой быт, но душа, интеллект остаются незагруженными, тоскуют по настоящему делу. И они возвращаются в военное судостроение. Люди из ВПК, которые выжили в это "черное" время, они выживут и в дикой тайге, и в безводной пустыне. Они - драгоценное достояние нации. Когда я собираю корабль, со мной работают около ста семидесяти контрагентов. Металлурги, энергетики, оружейники, мотористы. Все они живы, все строят боевой корабль. Хотя за некоторыми я ухаживаю, как за детьми. Подымаю их на ноги. Вовлекаю в партнерство.

А.П. Значит, вы для них, как матка. Они кормятся от ваших сосцов.

И.О. Сказав это, вы затронули уникальный пласт, который определяет новизну работы в корпорации. В судостроении всё зиждется на "головниках" - таких, как наш "Янтарь". Мы "кормим" множество предприятий второго уровня. Надо поддержать "головников", чтобы они восприняли свою значимость, свою решающую роль для целого куста смежников. Мы получаем от государства большие деньги, и надо правильно распределить их среди контрагентов - и по суммам, и по времени поступления. Вот сейчас ко мне приехал издалека директор - смежник. Я ему должен деньги. Но я выбрал приоритеты и направил деньги другому смежнику. А этот задыхается. Примчался ко мне, просит: "Дай хоть пятую часть долга, иначе я встану". И я понимаю, изыскиваю деньги, даю. Вот эта финансовая политика, понятная только "головнику", распределение средств по всем ста семидесяти направлениям, делает меня своеобразным министром финансов. Я своим подрядчикам говорю: "Ну, что ты меня трясешь за деньги? Да, я тебе должен пятьдесят миллионов, но могу дать только десять. Но ты пойми, если я тебе сразу отдам пятьдесят, завтра меня не будет. Тогда кому будет нужна твоя продукция? Никому. Точно так же умрешь после меня ровно через год". Смежники начинают понимать эту кибернетику отношений.