- С зоны возвращается, - ответил мужчина постарше и стал разливать по новой. - Отсидка закончилась.

- Да ну? - усомнилась любительница хорошеньких мужчин.

- Похоже, - поддержал собутыльника мужчина помоложе. - Прикид, хайр коротенький.

- Зато на халявную водку не западает, - насмешливо заметила женщина. Может человек геолог какой, на северах работал, а вы его в уркаганы записали.

Ей не хотелось верить словам своих спутников. Все-таки, такой хорошенький.

- Ага, - подмигнул своему собутыльнику мужчина постарше и взял в руку свой стакан. - Едет с комсомольской тройки, забайкальский комсомолец, сокращенно зэка.

- И вообще, может он по белому кайфу, - поддержал виночерпия мужчина помоложе, нарезая тонкими ломтиками сало, лежавшее на столе, за которым шло дорожное пиршество.

- По чем, по чем? - не поняла женщина, отставив в сторону стакан с водкой.

- Может он плановой, коноплю курил - дурь, - пояснил мужчина помоложе и ловко отправил в рот свою порцию водки.

Андрей курил в тамбуре вагона и невесело размышлял по поводу своих последних сновидений. Сколько лет прошло, как он перестал заниматься разработкой ядерных вооружения, а кошмары с картинами ядерного апокалипсиса продолжали регулярно приходить по ночам. Жизнь его давно и круто изменилась, да и окружающий мир эволюционировал совсем не так, как это виделось в конце шестидесятых годов двадцатого столетия. Сейчас глашатаи различных апокалипсисов предпочитали иные темы: экология, истощение ресурсов, перенаселение или, на худой случай, какой-нибудь астероид с блуждающей орбитой. Может быть, дело было в том, что те адские устройства, в которых была и его часть интеллекта и труда, продолжали существовать, и никто не мог дать гарантии, что когда-нибудь их не пустят в ход?

Дверь, соединявшая тамбур и пассажирский салон вагона, со скрипом распахнулась, и в ней появились, пошатываясь от выпитой водки и периодических встряхиваний на разъездных стрелках, соседи Андрея по купе женщина и мужчина помоложе.