Своим фильмом Роберт Де Ниро нарушил, по сути, эдакий обет молчания, словно принятый в американском обществе по поводу "Черепа и костей" и роли этой темной структуры в жизни государства. И вполне может быть, что, не появись эта картина, не увидела бы свет и одна из рассматриваемых здесь мемуарных книг ветерана ЦРУ – "Шпионские войны: кроты, загадки и смертельные игры" Теннента «Пита» Бэгли ("Spy Wars: Moles, Mysteries, and Deadly Games" by Tennent Bagley). В ней, как и положено, нет ничего про полумифическое тайное общество Йеля (если, правда, оставить без внимания издателя мемуаров, Yale University Press). Но книга является не то чтобы опровержением, а как бы существенно иным взглядом на события, описываемые в фильме "Добрый пастырь". Речь в первую очередь идет о крайне запутанной истории с советским перебежчиком-кагэбэшником Юрием Носенко, которого в середине 1960-х годов угораздило стать "чужим среди чужих, чужим среди своих".

Поначалу Носенко был типичным представителем золотой советской молодежи: сын министра судостроения, лично знакомый высшему руководству СССР, выпускник МГИМО и быстро растущий по службе сотрудник элитного подразделения контр-разведки, регулярно выезжающий под дипломатическим прикрытием в командировки на Запад. И вдруг, находясь в феврале 1964-го в Женеве, Носенко вступает в контакт с ЦРУ и исчезает из Швейцарии, чуть позже всплыв в США. Попутно выяснилось, что он был завербован американцами еще в 1962 году, однако в ЦРУ явно рассчитывали на многолетнюю работу своего агента «Фокстрота» в рядах КГБ, а не на столь стремительный побег на Запад. Где он, собственно, никому и не был нужен.

Более того, легендарный начальник контрразведки ЦРУ Джеймс Энглтон (прообраз главного героя фильма "Добрый пастырь"), отличавшийся параноидальной подозрительностью, сразу стал считать Носенко двойным агентом, которого коварное руководство КГБ специально заслало в стан врага, дабы отвлечь внимание от своей нераскрытой агентуры в американской разведке.