Что и дает Голубицкому повод поворчать по поводу этой "дремучей и навсегда устаревшей и бесперспективной технологии прошлого века". Мне же плазменные дисплеи всегда представлялись эдакими сугубо информационными, в чьи функции и не должно входить тонкое отображение "художественных материй": динамическая доска объявлений в аэропорту или – там же – площадка, с которой, приподняв голову, можно узнать последние новости, курсы валют или счет матча… рекламное пространство… Сравнительно большие диагонали при мелкой глубине, почти полное равнодушие к углу зрения и внешним засветкам. Если концептуально, это нечто похожее на огромные рекламные щиты в больших городах, состоящие из мелких лампочек или светодиодов: издалека, на ходу, – все достаточно хорошо видно, и никому в голову не придет наслаждаться на таких щитах тонкими цветовыми переходами «Амаркорда» Феллини.

Производители, однако, такую точку зрения принимать отказываются (в чем их нетрудно понять) и затрачивают огромные маркетинговые и рекламные деньги на продвижение плазменных панелей именно в качестве домашних устройств, в пределе – универсальных телевизоров. И усилия эти, и деньги определенные плоды приносят: у меня лично есть несколько знакомых, которые взяли себе домой не изысканный ЭЛТ-телевизор, не современную ЖК-панель, а именно эту тяжеленную (сравнительно с ЖК), вечно шумящую вентиляторами и издающую сильный тепловой шум (рядом с плазмой не работают инфракрасные приборы, вроде, например, наушников) махину с постепенно, но неизбежно вылетающими пикселами и неравномерно угасающим люминофором, с нерекордным разрешением (хотя в самое последнее время уже появились и подлинные Full HD-плазмы, одна из которых простояла у меня дома на тестировании добрый десяток дней, – о чем в подробностях – ниже) и неглубоким цветом. – Почему? – изумлялся я, пытаясь понять что-то скрытое от моих нищих глаз, – и получал всегда один и тот же ответ (который, правда, частенько был завуалирован массой красивых и замысловатых слов, порою – технических терминов): – Круто!