Над грозным городом раскаты, Гуляет буря между скал. Мы заряжаем автоматы И переходим перевал. Помянем тех, кто были с нами, Кого судьба не сберегла. Их души тают над горами, Как след орлиного крыла…

Теперь эту песню поет вся Абхазия, а сухумский поэт Игорь Хварцкия вспоминает, как предложил простуженному Саше отлежаться у него дома, а он бы тем временем воевал с его автоматом, и тот ни за что не согласился: «ты, говорит, еще не обстрелян». Как перевел Саша его стихи «Судьба», про растение агаву, которое живет двадцать пять лет, раз в жизни цветет пркрасными белыми цветами и, оставив семена, умирает:

Пускай на нем лежит проклятье И гибельно его цветенье, Весна приходит и опять он Живет надеждой на спасенье. Живет среди других, страдая, Когда весна вокруг ликует, Своей судьбы не принимая, На светлом празднике тоскует. Но он дышал весной безбрежной, Когда однажды, на рассвете, Оделся в траур белоснежный И умер, смерти не заметив. Он был рожден, годами мучась, Соединить в одном мгновенье Свою немыслимую участь — Печаль могилы и цветенья.

— И теперь я понял — он не случайно выбрал именно эти стихи для перевода. Наверное, предчувствовал свою судьбу: в 26 лет, как метеор, вспыхнув, пролетел в небе над Абхазией и сгорел. И думаю, что именно здесь, а не в Москве, начнется его путь к бессмертию, к славе, к которой он никогда не стремился, но жизнь делает свое, обычно это так и бывает. Русский поэт погиб в Абхазии — как будто все очень просто. Но это все не так просто…