Они делали свое дело около трех лет. Они могли зарабатывать и зарабатывать еще, но Алекс говорит, что был рад, когда все кончилось: «Честно говоря, я наконец-то смог вздохнуть свободно. Удовольствие уже давно испарилось. Это стало настоящей работой, тяжелой и рискованной». Майк тоже был совсем не огорчен, что все кончилось, по его словам «это занятие стало изнурительным».

Сначала оба не хотели ничего рассказывать об этой истории, но затем делали это с удовольствием. И это достаточно естественно — за десять лет после произошедших событий никто из нашей четверки не сказал ни слова о них никому, кроме своих жен и подруг, которые составляли часть истории. Мы заключили с ними договор о полной анонимности, поэтому этот рассказ стал для них своеобразным освобождением. Они поистине наслаждались, вспоминая детали и подробности, и Майк признает, что «это была одна из самых восхитительных вещей в моей жизни».

Скорее всего, Алекс выражает общее мнение, когда говорит об их отношении к произошедшему:

«Я не считаю деньги, которые мы заработали, нечистыми. Это капля в обороте этой индустрии. Говорю от души: мы никогда не чувствовали себя жуликами, поскольку сражались с казино.

Это легко объяснить. Мы отбирали деньги у казино, которые крали их у старушек, предлагая им игры, в которые нельзя выиграть. Лас-Вегас д а е т тебе почувствовать, как люди в м е с т е с четвертаками бросают в щ е л и игровых автоматов кусочки своей жизни. П о э т о м у мы забирали деньги у «большого брата», а не из карманов обычных людей.

Когда они приглашают в а с поиграть, то говорят: « Е с л и вы выберете нужные карты, то вы выиграете». Мы выбрали правильные карты. Они просто не ожидали, что кто-то сможет сделать это».