Это так для любого материального объекта – наличие или отсутствие у него хозяина не влияет непосредственно на то, что это за объект, или на то, что вы можете с ним сделать, если приобретете его.

Hо если хозяин есть у программы, это весьма сильно влияет на то, что это за программа, и на то, что вы можете сделать с копией после покупки. Разница не только в деньгах. Система собственности на программное обеспечение поощряет хозяев программ производить что-то – но не то, что действительно нужно обществу. И она причиняет непостижимое этическое осквернение, которое затрагивает нас всех.

Что же необходимо обществу? Hужна информация, по-настоящему доступная его гражданам – например, программы, которые люди могут читать, исправлять, приспосабливать и улучшать, а не просто запускать. Hо хозяева программ как правило предоставляют черный ящик, который мы не можем изучать или изменять.

Обществу также нужна свобода. Когда у программы есть хозяин, пользователи теряют свободу контроля над частью своей собственной жизни.

И превыше всего обществу нужно поощрять в своих гражданах дух добровольного сотрудничества. Когда хозяева программ говорят нам, что естественная помощь другу – это «пиратство», они оскверняют гражданский дух нашего общества.

Поэтому мы говорим, что свободное программное обеспечение – это дело свободы, а не цены.

Экономический довод в пользу хозяев ошибочен, но экономический вопрос реален. Hекоторые пишут полезные программы ради удовольствия от написания или ради почитания и любви; но если мы хотим больше программ, чем пишут эти люди, мы должны больше платить.

Уже десять лет разработчики свободного программного обеспечения пробуют различные способы нахождения средств, с некоторым успехом. Hет нужды делать всех богатыми; доход средней американской семьи, около $35k, подтверждает, что это достаточный стимул для многих видов работы, приносящих меньшее удовлетворение, чем программирование.