Риск бедности Евростат определяет как соответствие хотя бы одному из критериев: доходы ниже прожиточного минимума; нехватка денег на текущие платежи (скажем, коммунальные); низкая интенсивность труда в данном домохозяйстве. Хуже всего дела обстоят в Болгарии – там с проблемой бедности столкнулось 42 процента населения. Дальше – Румыния (41 процент), Латвия (38 процентов), Литва (33 процента) и Венгрия (30 процентов).

Как видим, живо протестующей Греции среди этих стран нет, а доходы в Венгрии весьма скромны. Средняя зарплата 900 евро, ну а после уплаты налогов от неё остается около пяти сотен… Запомним пока эту цифру и обратимся к распределению бедности. Оказывается, самой подверженной ей категорией (несмотря на все игры в социальные государства) являются дети в возрасте до 18 лет – им бедность грозит в 27 процентах случаев. Ну а самой благополучной – граждане старше 64 лет, тут риску подвержен каждый пятый. Трудоспособные возраста – 23 процента.

Так почему же призрак бедности (нет, бедности достаточно жирной, не сравнить ни с Африкой, ни с депрессивными регионами нашей страны) возник в благополучной Европе, весело заплясал на её «священных камнях»? Для ответа на этот вопрос обратимся к книге, с которой началась политэкономия. Это был «Treatise of taxes and contributions» – «Трактат о налогах и сборах». Вышла эта книга в свет в 1662-м году. И написал её Уильям Петти (1623-1687), личность весьма колоритная.

Сын суконщика из Хэмпшира, в четырнадцать лет он поступает юнгой на флот. Списанный с переломом ноги поступает в Канский колледж во Франции – достаточное с точки зрения отцов-иезуитов знание латыни для этого он получил в местной школе своего родного городка. Ну а в колледже он постигает французский с греческим, математику и астрономию.

В 1640 году Петти возвращается в Англию, живёт в Лондоне, зарабатывает на жизнь черчением морских карт. Обратим внимание: Петти работает в области информационного обеспечения флота, а он, и военный, Королевский, и торговый, был критически важен для тогдашней Англии, отнюдь ещё не правившей морями, но уже осознавшей важность морской торговли.