- А как же экология?

- Байкал всю всплывающую нефть «переваривает» и практически не замечает. Нефть, как и любое органическое вещество, может разлагаться бактериями. Причем существуют целые сообщества бактерий, которые с удовольствием используют в своем жизненном цикле именно нефтяные углеводороды.

Среди них есть «гурманы», которые съедают сначала, например, насыщенные углеводороды, потом берутся за ароматику. Мы посчитали, что примерно 16 тонн нефти в год всплывает со дна Байкала. Это естественные источники, и никакого вреда Байкалу от них нет. Это не авария в Мексиканском заливе, хотя и здесь при более благоприятных температурных условиях бактерии поработают интенсивнее и справятся с этим бедствием.

- Почему тогда подняли такой шум вокруг этой темы?

- И правильно. Это ведь процесс длительный. Вы же видели птиц, залепленных нефтью. То, что они накрыли сейчас колпаком, и то, что осталось, будет переработано естественным образом, но все равно это экологическая катастрофа.

- Почему нельзя добыть всю нефть?

- Я думаю, что рядовой читатель вряд ли представляет, что такое нефтяное месторождение или нефтяная залежь. Это не полость в земной коре, заполненная нефтью, а породы, которые обладают определенной пористостью, и нефть, как и любой флюид, пропитывает их. А если речь идет о древних месторождениях, то это не пески, а песчаники, или карбонатные твердые породы.

То есть нефть заполняет лишь поровое пространство в породах. Существуют межмолекулярные силы, из-за которых нефть «прилипает» к зернам этих пород, и она связана с ними настолько, что ее не оторвешь никакими силами. И хорошо, если геологические запасы будут, например, 100 миллионов тонн, а коэффициент извлечения нефти 0,3. То есть из 100 миллионов тонн нефти, которые содержатся в месторождении, мы можем извлечь лишь 30 миллионов, и не больше.