- Здравствуй, Анита. Как ты себя чувствуешь в эту прекрасную летнюю ночь?

- Спасибо, Ашер, хорошо. В чем дело?

- Могу ли я поговорить с Жан-Клодом?

Я хотела было возразить, но Жан-Клод уже протянул руку. Я отдала трубку.

Жан-Клод заговорил по-французски - обычно они с Ашером общались именно так. Меня радовало, что ему есть с кем поговорить на родном языке, но сама я слишком плохо этот язык знала, чтобы уследить за разговором. И я сильно подозревала, что иногда вампиры говорили при мне по-французски, как взрослые при ребенке, чтобы он не понял. С их стороны это было грубо и пренебрежительно, но все же, будучи вампирами с возрастом не в одну сотню лет, они не всегда могли с собой справиться.

Жан-Клод перешел на английский, обращаясь уже прямо ко мне.

- Колин отказался допустить тебя на свою территорию. Отказался допустить кого-либо, кто связан со мной.

- Он имеет на это право? - спросила я.

- Oui, - кивнул Жан-Клод.

- Я туда поеду помогать Ричарду. Организуй разрешение, Жан-Клод, или я поеду туда без разрешения.

- Даже если это будет война? - спросил он.

- А, черт! - произнесла я в сердцах. - Слушай, позвони этому сукину сыну, и я сама с ним поговорю.

Жан-Клод приподнял брови, но кивнул. Закончив разговор с Ашером, он набрал номер.

- Колин, это Жан-Клод. Да, Ашер мне сообщил твое решение. Мой слуга-человек, Анита Блейк, желает с тобой говорить. - Он секунду послушал. - Нет, я не знаю, что она желает тебе сказать.

Он протянул мне трубку и откинулся на спинку кровати, как зритель на спектакле.

- Здравствуйте. Это Колин?

- Он самый.

У Колина был среднеамериканский акцент, и потому он по голосу был менее экзотичен, чем большинство вампиров.

- Меня зовут Анита Блейк.

- Я знаю, кто ты, - сказал он. - Ты - Истребительница.

- Да, но я не собираюсь выполнять ликвидацию. Мой друг попал в беду, и я просто хочу ему помочь.