В этом очерке "О системе Станиславского" я буду говорить, в общих чертах, конечно, о двух вещах: о том, что такое "система", как она создалась и на что нужна она актеру,- это во-первых. И, во-вторых, о том, как представляют себе "систему" и что думают об этом своем представлении те, кто называют себя "врагами и противниками" теории Станиславского.
О "врагах и противниках" можно было бы и не говорить вовсе, если бы число их не было так велико, если бы они не поднимали такого шума и не протестовали бы так громко против того, о чем, в сущности, имеют ограниченное и искаженное представление. Кто из интересующихся театром не слышал "мнений о системе"? Наверное, многие. Ну а кому удавалось слышать изложение самой системы, изложение неискаженное и беспристрастное? Немногим. Система не получила еще печатной огласки, и в этом одна из главных причин ее малого распространения. Одна из причин, но не единственная; другая, не менее важная причина и есть то предвзятое мнение "врагов и противников", о котором я сказал выше.
Людям, ищущим нового в искусстве, приходится прежде всего сталкиваться с этими мнениями и, не узнав самой системы, узнать суждение о ней от лиц, неспособных к восприятию свежих и новых течений. В результате - печальное явление: в рядах "врагов системы" оказываются люди талантливые, сильные, могущие работать, но порабощенные чужим мнением и враждующие против того, о чем не имеют ни ясного представления, ни собственного мнения. Вот этих именно людей я и хочу предостеречь от наскоро составленных и преждевременных суждений о том, что они вправе узнать из первых рук. Всякий может отказаться от того, что предлагает Станиславский в своей "системе", но зачем предоставлять это свое право другим?