Никогда я не был особенно зависим от окружающих, от чужого мнения. Хотя нет, был до недавнего времени, пусть и незначительно. Но вот позади и последнее, решающее усилие. Теперь в этом отношении моя свобода безгранична. Свободен – значит и доброжелателен.

По нескольку дней кряду я бываю о себе самого отвратительного мнения.

Для СССР лучшая защита от атомной бомбы – мораль в международных отношениях, которую он и старается оживить разного рода публичными обвинениями. Т. е. он компенсирует это свое единственное отставание тем, что прибегает к помощи морального суждения, отвергнутого его официальной философией.

Ни на кого не нападать, особенно в тех вещах, что предстоит написать. Время полемики и критики прошло – Творчество.

Полностью устранить всякую критику и полемику – Отныне единственно и непременно – утверждать.

Пойми их всех. Люби и выделяй немногих.

Встретил Ф. Вианне, с которым ни разу не виделся со времен оккупации и чудесных дней освобождения Парижа. И внезапно нахлынула такая щемящая, до слез, тоска по товарищам.

То, что мною было сказано, сказано для всеобщего блага и той частью меня, которая принадлежит обыденности. Но другая часть меня владеет тайной, открыть которую невозможно – и с которой придется умереть.

Гений – это здоровье, превосходный стиль, хорошее расположение духа – но на пределе страдания.

Творчество. Чем больше дает, тем больше получает – Истратить всего себя, чтобы стать богатым.

Все писатели, великие и не очень, непременно заявляют устно и письменно, что современники всегда освистывают гения. Разумеется, это не так, подобное бывает лишь иногда и чаще случайно. Но сама эта потребность для писателя характерна.