Который вскоре мог бы и повести по ней СВОЕ поколение, тех, чья романтическая энергия не погасла в пепси-коле, а напротив, назло - разгорелась еще ярче… Многие проницательные слушатели это вполне предугадывали даже по тем немногим альбомам, которые он успел записать. По вечным, но в его песнях очень свежо раскрытым образам, по оригинальному сочетанию напряженного ритма и очень мелодичной музыки.

Сегодня особенно тяжело наблюдать, что некоторые старые Мишины друзья, так долго воспевавшие суицид, орут о нем и дальше. Миша же, который особенно в своих последних альбомах "Созвездие" и "Зимнее Лето" - пел о пробивающем темноту Свете Небесной Любви, на Земле уже больше никогда не порадует нас своими новыми откровениями. Особенно поразил нас Егор Летов, который отреагировал на наш печальный звонок выражением типа "что это, Джимми Хендрикс, что ли, о нем жалеть". А ведь Михаил считался когда-то чуть ли не учеником Егора, и едва ли не обоготворяя его, посвятил ему не одно свое произведение. Так, на самом деле, для нас умер не Миша, а этот, как его называют панки, Сибирский Пес, который пусть теперь ищет обломки своих когда-то ценимых нами дисков и кассет на московских помойках… А кассета с лучшими Мишиными песнями выйдет, надеемся, в самом начале 97 года. Спрашивайте в рок-магазинах.

На смерть гораздо более опытного и давно состоявшегося музыканта Курехина его близкий друг Александр Дугин откликнулся так: "Сергей, мы не говорим тебе Прощай, мы говорим До свидания. До встречи на сверкающих высотах нашей истинной Родины." Эти абсолютно точные слова мы говорим и нашему Мише.

Москва, 30 августа

Что ж ты, звездочка, закачалась Лето кончилось Ночь кончалась Жизнь кончалась вместе с ночью Вдруг успел Что ж ты, яблонька, отвернула Очи ясные и уснула Жизнь кончалась вместе с цветом