ни что иное, как самое обыкновенное *.

26

Я человек добродушный и сознательно никому не делал вреда, но не могу отказаться от известной дозы удивления по отношению к тем людям, которые умеют водить за нос человечество. В особенности же поражает меня самый гениальный из них - Игнатий Лойола!

27

Принимать участие в дружеских делах не всегда равнозначно отдаванию части себя. Особенно если иметь в виду взаимное участие.

28

Много приходится переживать разочарований! Паделу в Париже устроил "Concert populaire russe"*, которым я должен был дирижировать. Программа состояла из нескольких моих произведений и сочинений других русских композиторов. Концерт был устроен в цирке и собрал более 4000 слушателей. Успех был для меня в высшей степени почетный и лестный. При виде этой ликующей громадной человеческой массы я испытал ощущение, как будто все человечество обратило на меня внимание. Вернувшись после концерта в отель, я в дверях встретился с господином X. "Как, Вы в Париже? Давно ли? Про Вас ничего не слыхать, ничего не известно! Не намерены ли вы дать здесь концерт?" Я остолбенел.

Или, например, в Лондоне я играл однажды в "Musical Union Mati-nee"*. Рояль был поставлен посреди зала, так что публика помещалась передо мною, сбоку и сзади. Я был в ударе, разгорячился - момент, в который исполнитель чувствует, что он увлек публику. Во время игры я посмотрел перед собой и вижу... ужасающий зевок какой-то старой, сидящей прямо передо мной дамы! Я был до того поражен, что чуть было не растерялся и тогда же дал себе слово никогда больше во время игры не смотреть на публику.

Или: когда я концертировал в Испании, мне очень льстило крайне демонстративное участие местных дам в аплодисментах.