Игорь Стравинский, сочиняющий свой "эбеновый концерт" для джаз-оркестра Вуди Германа; Равель, пишущий медленную часть скрипичной сонаты в форме блюза; Хиндемит, "вмонтировавший" в финал "Камерной музыки N1" новейший фокстрот (с указанием в партитуре названия фирмы и номера по каталогу); Лучано Берио, пригласивший на исполнение своей "Симфонии" ансамбль Staple Swingers; Родион Щедрин, с джазовыми эпизодами Второго фортепианного концерта. Композиторы-симфонисты ищут новые краски в мире джаза, рока, песни. А многие из музыкантов, принадлежащие к жанрам, называемым массовыми, стремяться прикоснуться к роднику классической музыки, использовать ее богатейшие средства, накопленные музыкальной культурой за столетия ее существования. Использовать - это, конечно, не значит искажать прекрасные классические мелодии. Музыкальная классика, как и классические произведения литературы, изобразительного исскуства, не терпит грубых рук и отсутствия вкуса. Но бережное отношение к ней, к ее высоким художественным приемам и достижениям как раз и способствует выработке хорошего вкуса и обогащению любого музыканта.

В отличии от хард-рока, прогрессивная английская музыка успешно сопротивляется любым искушениям загнать ее в тесные рамки определений. Для описания хард-рока, практически воспринимаемого лишь в состоянии эмоционального подогрева, нужно немного слов. Это совсем не подходит для прогрессивного рока, который символизирует, скорее, определенный уровень разития музыки, причем, строго географически: он характерен для Англии и только для Англии - наполнить рок другими красками, другими чувствами, силой небывалых сочетаний и одержимых личностей. Но что объединяет группы Yes, Genesis, King Crimson и Jethro Tull, так это не музыкальные формы, которые порой с неизбежностью встречаются в музыке то одного, то другого коллектива, а имено их этническое родство и их общий способ сдирания привычных роковых ярлыков и создание музыки, очень личной в каждом случае и всегда очень английской.