В одном кафэ, содержимом на коллективных началах группой польских интеллигентных женщин, одна дама, подававшая мнe кофе, вдруг спросила:
— Вы русскiй и недавно из Россiи?
— Да.
— Скажите, пожалуйста, почему не найдется никого, кто убил бы Ленина и Троцкаго?
Я был нeсколько смущен столь неожиданно в упор поставленным вопросом, тeм болeе, что за послeднiе годы отвык в Россiи от возможности открытаго высказыванiя своих сужденiй. Я отвeтил ей однако, что лично, искони будучи противником террористических актов, думаю, что убiйства прежде всего не достигают поставленной цeли.
— Убiйство одного спасло бы, возможно, жизнь тысячей, погибающих нынe безсмысленно в застeнках палачей. Почему же при царe среди соцiалистов находилось так много людей, готовых жертвовать собой во имя спасенiя других или шедших на убiйство во имя отомщенiя за насилiе? Почему нeт теперь мстителей за поруганную честь? У каждаго есть брат, сын, дочь, сестра, жена. Почему среди них не подымется рука, отомщающая за насилiе? Этого я не понимаю.
И я должен был, оставляя в сторонe вопрос о правe и морали насилiя, I. Институт заложников «Террор — безполезная жестокость, осуществляемая людьми, которые сами боятся». 17-го августа 1918 г. в Петербургe бывшим студентом, юнкером во время войны, соцiалистом Канегиссером был убит народный комиссар Сeверной Коммуны, руководитель Петербургской Чрезвычайной Комиссiи — Урицкiй. Оффицiальный документ об этом актe гласит: «При допросe Леонид Каннегиссер заявил, что он убил Урицкаго не по постановленiю партiи, или какой-нибудь организацiи, а по собственному побужденiю, желая отомстить за арест офицеров и разстрeл своего друга Перельцвейга». 28-го августа соцiалистка Каплан покушалась на жизнь Ленина в Москвe. Как отвeтила на эти два террористических акта совeтская власть?