Такой же прiем был примeнен в Петроградe по отношенiю к командному составу Балтiйскаго флота. Это — тe, которые не эмигрировали, не скрывались, не переправились ни к Юденичу, ни к Колчаку, ни к Деникину. Все время они служили совeтской власти и, очевидно, проявляли лойяльность, ибо большинство из них за всe четыре года большевизма ни разу не были арестованы. 22-го августа 1921 г. была объявлена какая то перерегистрацiя, шутка достаточно обычная и не первый раз практикующаяся. Каждый из них, в чем был, со службы заскочил перерегистрироваться. Свыше 300 чел. было задержано. Каждаго из них просто приглашали в какую-то комнату и просили подождать. Двое суток ждали они в этой комнатe, а потом их вывели, окружили громадным конвоем, повели на вокзал, усадили в теплушки и повезли по разным направленiям, — ничего не говоря, — в тюрьмы Орла, Вологды, Ярославля и еще каких то городов…»

Из длиннаго списка офицеров, по оффицiальным свeдeнiям отправленных на сeвер, никогда нельзя было найти мeстопребыванiя ни одного. И в частных бесeдах представители Ч. К. откровенно говорили, что их нeт уже в живых.

Вот сцена, зафиксированная «Волей Россiи»

Человeческая совeсть отчаивается все-таки вeрить в эти потопленiя на баржах, в XX вeкe возстанавливающiя извeстные случаи перiода французской революцiи. Но об этих баржах современности говорит нам даже не глухая молва. Вот уже второй случай, как нам приходится их констатировать. Есть и третье сообщенiе — нeсколько позднeе: практика оставалась одной и той же. Владимiр Войтинскiй в своей статьe, служащей предисловiем к книгe «12 смертников», (суд над соцiалистами-революцiонерами в Москвe) сообщает: «В 1921 году большевики отправили на баржe 600 заключенных из различных Петроградских тюрем в Кронштадт; на глубоком мeстe между Петроградом и Кронштадтом, баржа была пущена ко дну: всe арестанты потонули, кромe одного, успeвшаго вплавь достичь Финляндскаго берега…»