1 октября 1918 года Ленин потребовал от Троцкого и Свердлова создать к весне армию в 3 миллиона человек для
«помощи международной рабочей революции».
А потому ― выгрести у русских крестьян вдесятеро больше хлеба,
«запасы все очистить и для нас и для немецких рабочих»
(заметим, до этого полгода гребли хлеб для себя и для кайзера), в десять раз увеличить призыв, не жалеть денег:
«Не экономьте. Тратьте миллионы, много миллионов».
В марте 1919 года по инициативе Вождя был создан Коминтерн ― штаб мировой революции, подрывная организация с практически неограниченными финансовыми ресурсами. Послевоенные лишения, патогенность бациллы большевизма, распространяемой в благоприятной среде, оружие и без счета выделяемые деньги делали свое дело. Весной 1919 года возникли Венгерская и Баварская Советские республики. Вот он, «мировой пожар», ликовали в Кремле. Ведь именно Германия с ее могучей промышленностью и организованным пролетариатом считалась наиболее «подходящей» страной для марксистских экспериментов.
«Советская Германия,
― мечтал Троцкий, ―
объединенная с Советской Россией, оказались бы сразу сильнее всех капиталистических государств, вместе взятых!»
Председатель Исполкома Коминтерна Г.Е. Зиновьев (1883―1936) печатно объявил, что буквально через год вся Европа будет коммунистической:
«Борьба за коммунизм перенесется уже в Америку, а может быть, и в Азию, и в другие части света»
(из многочисленных высказываний ясно видно, в чем заключался процесс «строительства коммунизма»: а где у власти большевики ― там и коммунизм. Чем не Чевенгур?).