- Значит её ограбили, на ней кроме этого медальона были сережки и перстенек с бриллиантом. Его подарил этот дьвольский любовник. Подарил, а после убийства наверное преспокойно снял. Подонок.

- Погодите его обвинять, все не так просто как кажется на первый взгляд. Скажте, Людмила Григорьевна, ваша бочь курила?

- До того как забеременела немного покуривала, а потом бросила совершенно. Больше я ни разу и нигде не видела ни одной пачки, ни одного окурка.

- Большое вам спасибо за эти сведения, будем работать дальше. И не вздумайте смотрется в зеркало. Когда в доме покойник этого делать нельзя.

- Но почему?

- Не знаю, но мне кажется, что этм ви доставляете боль умершей дочери, точнее её душе. Вечером позвоню.

Тесть приехал в восьмом часу, но никаких новый подробностей о Биме он не привез. Наскоро втолкнув ему вместе с ужином последнюю информацию и даже не дав времени её переварить я потащил его к машине.

До Звездного бульвара мы домчались за двадцать минут и дом номер четфырнадцать нашли сразу. Трехкомнатная сто восемьдесят пятая квартира оказалась на втором этаже. Звонили мы довольно долго преде чем за дверью послышалось какое - то движение и приятный женскй голос спросил, какого черта нам надо.

- Откройте, мы из милиции. - Сблефовал полковник.

- Откуда же мне знать, что вы из милиции? - Спокойно спросила женщина. - Откройте удостоверение и поднесите к глазку.

- Извольте, как вам будет угодно. - Согласился Ефимов открывая удостоверение и поднося его к удивительно низкому объективу.

- Это не совсем то, но я вас знаю и поэтому открою. - Пообещал голос и после многосленных манипуляций с замками дверь отворилась. - Заходите.

Сначала мне показалось, что за дверью никого нет и только опустив взгляд ниже я увидел миловидную, даже красивую тридцатилетнюю женщину сидящую в инвалидной коляске. Холеные руки и безупречная шея говорили о том, что она тщательно за собой следит и руки массажиста добросовестно помогают ей в этом.