в суд с целью доказательства своей невиновности, а предпочел уединиться с верным соратником Апфельбаумом-Зиновьевым в Разливе – как говорится, «с милым рай и в шалаше»!), или же прав был немецкий социал-демократ Бернштейн, писавший, что: «первоначально большевики по чисто деловым соображениям воспользовались немецкими деньгами в интересах своей агитации и в настоящее время являются пленниками этого необдуманного шага». В обоих случаях – факт измены Родине налицо, и никто никогда не смоет этого позорного клейма (каинового или иудина, как кому нравится) с физиономии кровавого большевизма и его последышей!

Делегация Центральных держав в Брест-Литовске. Слева направо: генерал М.Гофман, О.Чернин, Талаат-паша, Р. фон Кюльман.

    Но, как уже говорилось выше, обе договаривающиеся стороны в Бресте съехались в декабре 1917 г. на «торжественное расчленение России» не заключать действительно прочный мир (что было бы совершенно абсурдно как с точки зрения «сатрапов кайзера Вильгельма», так и с точки зрения захвативших власть в России «глашатаев мировой революции», усердно разжигавших вселенский пожар сперва на германские денежки, а затем – на деньги нещадно разграбляемой ими России), а тягаться между собой в лицемерии и хитрости, по принципу «кто кого обманет». Германцы, разумеется, не собирались отказываться от оккупированных ими российских территорий, а тем более отдать их задаром «совдепам», которых с полным основанием рассматривали как своих платных агентов и марионеток, возомнивших о себе невесть что.

Любопытно, что большевикам перед самым выездом из Петрограда в Брест пришло в голову, что в их делегацию непременно должны быть включены «представители революционного народа».