Из русских деятелей Великой войны политическим чутьем и сознанием

государственности были наделены лишь ген. Гурко — поборник равноправия России с

союзниками – и командовавший в 1914 году Черноморским флотом адм. Эбергардт ∗ .

Немедленно же по прибытии «Гебена» в Золотой Рог адмирал Эбергардт сознал, что

эти корабли вовлекут Турцию Эннера в войну с Россией (последствием чего должно было

явиться закрытие проливов и полная изоляция России от остального мира). Он предложил

атаковать «Гебена» в турецких водах своими пятью старыми, но отлично стрелявшими

кораблями — и этим предупредительным мероприятием — политической мерой пресечения

удержать Турцию от выступления. Блистательная Порта и младотурки были бы

раздосадованы, а Доунинг-стрит опечалился бы этим самоуправством. Но России не

пришлось бы умирать от удушья. Сазонов запретил эту спасительную операцию. В 1878 году

∗

Отметим также бесспорный политический талант ген. Баратова в Персии.

33

Электронное издание

www.rp-net.ru

русская дипломатия боялась английских броненосцев — в 1914 г. она боится своих

собственных!

***

Несостоятельность политики сказалась и в Гражданскую войну.

Весь трагизм Русского дела заключался в том, что Красные — антигосударственники

по существу — оказались по методу анархистами. Анархичность Белого движения стала

причиной его гибели.

Эта анархичность в первый год борьбы за спасение России была особенностью обеих

сторон. Кубанские походы велись под знаком импровизации и Красными, и Белыми. Только

красные поспешили как можно скорее отказаться от импровизации и вступить на путь