Но окажись на месте Бесчастнова кто-либо другой, скорее всего инвалиды-альфовцы были бы там же, где сотни афганцев, подобных им: в отставке, в запасе, на жалкой пенсии. Ведь никакими законодательными актами их дальнейшее пребывание на службе, увы, не предусмотрено. Еще хуже обстояло дело с семьями погибших.

В Афганистане группа «А» потеряла двоих своих сотрудников. Но ведь и в «мирное» время работа альфовцев связана с постоянным риском и, как это ни горько сознавать, возможны потери — пули террористов ничем не отличаются от пуль моджахедов. К глубокому сожалению, такой сложный вопрос не удалось проработать в период формирования группы и определения ее статуса.

Хотя, откровенно говоря, негоже становиться в позу судьи, зная, как создавалась группа. Задним числом мы все умны. Михаил Михайлович Романов признался мне, что были и у них попытки предугадать судьбу людей подразделения, заглянуть вперед — выпросили сотрудникам немножко повыше оклад да льготное начисление срока службы — день за полтора. Чтобы понять, скольких трудов это стоило, надо окунуться в ту эпоху. О большем тогда не приходилось и мечтать.

Да они и не мечтали, считая, что вполне достаточно того, что есть. Более важным было другое — какая впереди работа. Хотелось службы интересной, боевой. На отборочной комиссии лейтенанту Анатолию Савельеву сказали лишь одно, что работа, которую ему предлагают в группе «А», будет интересней прежней. Правда, при этом добавили — и опасней. Но это уже не имело значения, Анатолий дал согласие.

Так что же за люди пришли в подразделение? Прежде всею, спортсмены. Группа комплектовалась из числа высокоподготовленных в физическом и профессиональном отношении сотрудников КГБ.