И я должен был, оставляя в сторонe вопрос о правe и морали насилiя1, по совeсти ей отвeтить, что основная причина, мнe кажется, лежит в том, что при существующем положенiи, когда человeческая жизнь в Россiи считается ни во что, всякаго должна останавливать мысль, что совершаемый им политическiй акт, его личная месть, хотя бы во имя родины, повлечет за собою тысячи невинных жертв; в то время как прежде погибал или непосредственный {36} виновник совершеннаго дeянiя или в крайнем случаe группа ему сопричастных -теперь иное. И сколько примeров мы видим за послeднiе годы!

1 "Насилiе имeет оправданiе только тогда, когда оно направляется против насилiя" -- говорил Исполнительный Комитет Народной Воли в своем обращенiи к американскому народу по поводу убiйства президента Гарфильда в 1881 году.... "Я совершил величайшiй грeх, возможный для человeка, два убiйства, запятнал себя кровью -- писал послe убiйства Плеве из Бутырской тюрьмы в 1906 году Егор Сазонов в своих замeчательных письмах к родителям, опубликованных мною в "Голосe Минувшаго" (1918 No. 10 -- 12)... Послe страшной борьбы и мученiй только под гнетом печальной необходимости мы брались за меч, который не мы первые поднимали... Не мог я отказаться от своего креста... Поймите же и простите... Народ скажет про меня и про моих товарищей, казненных и оставленных в живых, как сказал на судe мой защитник: "Бомба их была начинена не динамитом, а горем и слезами народными... бросая бомбы в правителей, они хотят уничтожить кошмар, который давил народную грудь", скажет и оправдает нас, а наших противников, тeх, которые своими насилiями над народом доводили нас до необходимости проливать кровь, осудит и память их предаст вeчному проклятiю".