они фактически сошли с политической сцены уже во время Февральского переворота 1917 года, и (выразительный факт!) один из их известнейших предводителей, В. М. Пуришкевич, летом этого года объявил о своем присоединении к кадетам!

Однако в идеологии "черносотенцев" имелся, как будет показано, существеннейший момент: они, в отличие от кадетов, эсеров и т.д., рано (не позднее 1910 года) и достаточно ясно осознали неизбежность своего поражения (я имею в виду, конечно, не всех участников "черносотенного" движения, а его основных идеологов). И это осознание дало им немалые преимущества перед "слепо" рвавшимися к победе кадетами, эсерами и т.д.; они гораздо лучше других политических сил понимали, к чему ведет Революция.

И последнее. В начале 1997 года была издана моя книга "История Руси и русского Слова. Современный взгляд". Она посвящена осмыслению русского пути от времени возникновения государственности (рубеж VIII-IХ веков) до утверждения Московского царства (рубеж ХV-ХVI веков), — то есть эпохе, которая отделена от эпохи Революции ни много, ни мало четырьмя столетиями. Однако история каждой страны в известной мере обладает единством, и в моей обращенной к столь далекому прошлому "Истории Руси..." не раз заходит речь о явлениях и событиях XX столетия, которые так или иначе "перекликаются" с явлениями и событиями этого, — казалось бы, не имеющего ничего общего с историей нашего века — прошлого. Словом, две мои книги, обращенные к начальным и последним, новейшим страницам отечественной истории имеют внутреннюю связь и представляют собой — несмотря на "пробел" в четыреста лет — как бы две части, два тома одного сочинения (правда как бы не "первый" и "второй" тома, а "первый" и "третий", ибо "второй" должен был бы обратиться к истории ХVI-ХIХ веков).