Владимир Гиль. Фотография из личного дела

Столь причудливая судьба «Дружины» ставит многих идеологически мотивированных исследователей в неуютное положение. Владимир Гиль не может быть «героем» ни для просоветски настроенных авторов, ни для их оппонентов. Несомненно одно: в незавидной карьере Гиля «шкурнический эффект», желание всеми правдами и неправдами сохранить свою жизнь и власть проявили себя даже в большей степени, чем у многих «коллег» комбрига по коллаборационистскому лагерю.

Целый ряд людей, служивших под началом Гиля или тесно общавшихся с ним, оставили воспоминания, представляющие, несмотря на субъективизм и спорность некоторых оценок, несомненную ценность для исследователя. Прежде всего, назовем книги бывшего пропагандиста «Дружины» Л.А. Самутина «Я был власовцем..»

До настоящего времени в отечественной историографии не появилось ни одного подробного исследования, специально посвященного боевому пути формирования Гиль-Родионова. Пробел отчасти восполняют общие работы, рассматривающие проблемы коллаборационизма. Ценные сведения содержатся в трудах историков K.M. Александрова

Истории «Дружины» посвящено и несколько работ зарубежных авторов, наиболее подробными из которых являются исследования А. Даллина и Р. Маврогордато

Довольно активно западными и отечественными авторами привлекается также работа бывшего сотрудника абвера Свена Стеенберга «Власов» (1970), несколько страниц которой посвящено «Дружине». Увы, эта книга не является полноценным исследованием, и по числу изложенных мифов, ошибок и заблуждений автор, несомненно, бьет все рекорды жанра. Ненадежность источника усугубляется некорректным переводом на русский язык (в российском издании 2005 г.)