И почти ничего не знаем о своем собственном народе тех же времен.
Вот здесь и зарыта собака интереса к Велесовой книге! Она повествует о русах до прихода варягов! И главное — рассказывает, какими успешными были наши предки, как широко распространили свое влияние, насколько опередили многие другие народы в развитии.
Или вас вполне устраивает вариант ликвидации безграмотности и неорганизованности на Руси-матушке силами греков и варяжского десанта? Тогда не тратьте время зря, почитайте что-нибудь другое. Если не устраивает, то берем в руки историческую лопату — и вглубь…
Кое-что в тексте не единожды повторится совсем не из желания увеличить объем рукописи, а от понимания, что большинство не изучает последовательно каждую строчку, скорее, у нас есть привычка начинать чтение, откуда глаз ляжет. Вот для того, чтобы не заставлять читателей, у которых глаз ляжет где-нибудь посередине книги, листать ее к началу, придется время от времени напоминать основные вехи и факты.
А Велесова книга, скорее, повод, чтобы поговорить о наидревнейшей истории русов, о месте их появления не просто на исторической, а доисторической сцене. Велесова книга (правдиво или нет) рассказала нам о многом, но гораздо больше не рассказала. И это несказанное может быть много интересней того, что в ней содержится… Сейчас есть неоспоримые научные данные, в том числе археологические, способные перевернуть все устоявшиеся теории о колыбели человеческой цивилизации. Об этом тоже будет разговор.
Что за Велесова книга, о которой упоминается?
Для тех, кто не имел счастья знакомиться с трудами г-на Асова, вкратце поясню. Кто все про Велесову книгу знает и без меня, может пропустить пару абзацев.
Из многочисленных объяснений следует, что осенью 1919 года при отступлении в составе Марковской дивизии Добровольческой армии в имении Задонских-Захаржевских под Великим Бурлуком полковник Али Артурович Изенбек нашел на полу в разгромленной библиотеке связку странных деревянных дощечек. Он распорядился денщику прихватить мешок с дощечками с собой и увез его сначала в Турцию, потом в Париж, а потом в Брюссель, где дощечки попали в руки историка-любителя и филолога Юрия Петровича Миролюбова.