На станции Суково (нынешняя гораздо более благозвучная Солнечная Киевской дороги) снимали пролог фильма, в котором героиня, сжимая в руках черного ребенка, бежит от разъяренной толпы американских расистов, едва успевает вскочить на последнюю ступеньку уходящего поезда... и попадает в лапы негодяя Кнейшица.

Споткнувшись о камень, Орлова плашмя упала на угольный шлак. "Ребенка" (куклу) она, конечно, уронила, в кровь рассадила себе коленки, разорвала чулки, да еще зацепилась юбкой за какую-то железяку.

"Поднялась она,- описывает М. Кушниров в книге "Светлый путь, или Чарли и Спенсер",- в плачевном и, прямо скажем, неприличном виде. Но в момент подавила и боль, и стыд, и злость, только сморщила досадливую, чуть нарочитую гримаску. И, деловито оправляясь, кинула растерянной толпе мосфильмовских "расистов":

- Ребенок-то жив?

...Интересно, что несколько лет спустя та же сцена стала предметом комического отыгрыша Г. Александрова. В поезде, увозящем киношников в эвакуацию в октябре 41-го, знаменитые режиссеры - С. Эйзенштейн, Г. Козинцев и др.- упражнялись от нечего делать в остроумии с помощью только что вышедшей книги своего коллеги Л. Кулешова "Основы кинорежиссуры". Каждый на свой лад подписывал помещенную в ней схему или иллюстрацию. Александров выбрал приведенную Кулешовым его собственную раскадровку пролога из "Цирка" и на кадрах бегущей за последним вагоном Марион Диксон написал: "Хорошо, что мы уехали не так..."

13

На том же "Цирке" было много забавного, даже загадочного. И об этом Л. Орлова рассказывала Г. Скороходову, даже заставляла его пораскинуть мозгами, как в любимой ею телевизионной игре "Что, где, когда?". До которой, правда (судя по тому, что в 2000-ом году детище В. Ворошилова отмечало свой 25-летний юбилей), актриса не дожила, но неважно - поверим Г. Скороходову.

"Увидеть Орлову и умереть!" так, на французский манер, можно, если бы это не звучало слишком мрачно, назвать снимок. Через день после посещения съемок "Цирка" на "Мосфильме" знаменитый писатель А. Барбюс умер у себя в номере "Националя"...

Орлова задала такую задачку. Есть ли разница в ее обличье, когда она поет и танцует на пушке и когда оказывается "на Луне".