У этих певиц были достоинства столь различные и яркие, что, не будь завсегдатаи музыкальных спектаклей врагами своих собственных удовольствий, они могли бы аплодировать каждой по очереди и поочередно же наслаждаться их различным совершенством. На беду уравновешенных людей, которые ищут удовольствия от талантов, где бы они ни встретились, ярость этой междоусобицы исцелила всех последующих антрепренеров от безрассудства одновременно приглашать двух вокалистов одного и того же пола и дарования, вызывающего споры».

Вот что пишет Е. Цодоков:

"В течение года борьба не выходила за рамки приличий. Певицы продолжали успешно выступать. Но очередной сезон начался с большими трудностями. Во-первых, Сенезино, которому надоело быть в тени соперничества примадонн, сказался больным и уехал на континент (вернулся к следующему сезону). Во-вторых, немыслимые гонорары звезд пошатнули материальное положение дирекции академии. Не нашли ничего лучшего, как «возобновить» соперничество Генделя и Бонончини. Гендель пишет новую оперу «Адмет, царь Фессалийский», имевшую значительный успех (19 представлений за сезон). Бонончини также готовит новую премьеру — оперу «Астианакс». Именно эта постановка стала роковой в соперничестве двух звезд. Если до этого борьба между ними велась в основном «руками» поклонников и сводилась к взаимному освистыванию на представлениях, «поливанию» друг друга в прессе, то на премьере нового сочинения Бонончини она перешла в «физическую» стадию.

Опишем же подробнее эту скандальную премьеру, состоявшуюся 6 июня 1727 года, в присутствии супруги принца Уэльского Каролины, где Бордони пела партию Эрмиона, а Куццони — Андромахи. После традиционного освистывания стороны перешли к «кошачьему концерту» и другим малопристойным вещам; нервы примадонн не выдержали, они вцепились друг в друга. Началась форменная женская драка — с царапаньем, визгом, тасканием за волосы. Окровавленные тигрицы лупили друг друга почем зря. Скандал был настолько велик, что привел к закрытию оперного сезона".