Многим из нас так долго внушали эту доктрину самоуничтожения, что мы стали принимать ее за истину. В конце концов разве не эгоизм — причина нашей греховности? Разве мы не должны отречься от себя и самоотверженно служить Богу и людям?

Да, конечно, излишняя сосредоточенность на себе порождает грех. Грех зародился в сердце Люцифера, когда он — некогда самый могущественный из ангелов — счел обременительным для себя элементарное послушание и пожелал вознестись превыше Бога. Мы унаследовали от Адама и Евы склонность ниспровергать Бога и помещать вместо Него в центр вселенной самих себя.

Это серьезная проблема. Если мы отказываемся признавать Бога Тем, Кто Он есть, и самих себя таковыми, каковы мы есть, если мы отрицаем, что Бог — наш Творец, а мы — Его творение, то мы пытаемся захватить престол, принадлежащий исключительно Богу, мы превращаем себя в идолов, мы поклоняемся и служим «твари вместо Творца» (Римлянам 1:25).

Верна не только первая посылка утверждения, что эгоизм является источником греховности, верно также то, что нам следует отречься от себя и самоотверженно служить Богу и людям. Иисус свел Закон и Пророков к двум простым заповедям: «Возлюби Господа Бога твоего и возлюби ближнего, как самого себя» (см. Матфея 22:37–40). Любовью к ближним мы доказываем, что принадлежим Богу. Мы должны радостно уделять другим от своей полноты, как делал это Иисус. Он «уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Филиппийцам 2:7–8).

Итак, в Библии мы находим такого рода призывы к самоотверженности и начинаем повторять заученную формулу: на первом месте Бог, на втором — другие люди, на последнем — я сам. Мы приходим к выводу, что христианская жизнь заключается в игнорировании собственных потребностей, в намеренном подавлении их, с тем чтобы полностью сосредоточиться на потребностях других людей.