– Ну и дурак же этот Чемберлен! Его гарантии ничего не разрешают. Скорее наоборот! Польша – это не то, чем можно испугать Германию. Информации о Польше у меня больше чем достаточно, и я регулярно передаю ее верховному командованию. В любой момент мы можем осуществить вторжение – войдем, как нож в масло. Что за идиоты эти умники из Лондона, если рассчитывают таким образом припугнуть нас перспективой борьбы на два фронта!
К собеседникам присоединяется генерал Гальдер, один из участников «военной оппозиции». Прервав на время разговор, они сдают лошадей и направляются на Бендлерштрассе.
– Нашему другу Кордту,
– Похоже, что только англичане этого не понимают! – вставляет Канарис. – Какие олухи!
– Я немало размышлял и разделяю мнение многих, что серьезное значение для нас могло бы иметь только заключение Англией договора с СССР. Это действительно означало для нас борьбу на два фронта. Кроме того, теперь это единственное, что может остановить Гитлера. – Гальдер понизил голос и оглянулся, не слышат ли посторонние. – У фюрера был разговор с Кейтелем и Браухичем. Оба заявили, что он может быть спокоен до тех пор, пока англичане и русские не заключат союза. Но если это произойдет… Он тогда не посмеет и шевельнуться! Мне не очень нравится перспектива видеть Германию зажатой в тиски между Западом и большевиками, – закончил свою мысль Гальдер. – Боюсь, что это является единственным оставшимся средством. Поезжайте в Лондон, – обратился он к Кордту, – и расскажите все это кому следует…