Само по себе забавно предположение, что такого человека, как Лаврентий Павлович, уж коль скоро он решил объявить голодовку, можно было испугать воплями какого-то генерала. Тут другое любопытно: зачем Батицкий, отправляясь на командный пункт, взял с собой журналиста? Чтобы тот, в силу природной общительности, уже ближайшим вечером рассказывал приятелям об этом инциденте? А назавтра по Москве пополз бы слух, еще раз убедивший всех: да жив Берия, жив, сидит в тюрьме, следствие идет? Потому что ползли ведь и совершенно другие слухи…

В общем, это факт, доподлинный и пока что никем не опровергнутый: ни один человек из тех, кто знал Берию в лицо и кому хоть в малейшей степени можно доверять, после 26 июня не видел его живым. Самое простое объяснение - его давно уже не было на этом свете. В таком случае, действительно, понятно все.

Письма из подземелья

Об этих «документальных свидетельствах» спорят много и упорно. Считается, что Берия, сидя в бункере, написал в адрес товарищей по Президиуму три письма - кстати, довольно разных по стилю и по настроению. Вроде бы даже графологическую экспертизу проводили, и экспертиза подтвердила авторство. Впрочем, ничего удивительного: в тогдашнем МВД умельцев, способных адекватно подделать почерк, имелось достаточно.

История послевоенного СССР в целом и «дело Берии» в частности вообще отмечены запредельным количеством разного рода фальшивок. Обычным способом их не всегда определишь: в распоряжении штамповавших их властей был аппарат КГБ, ЦК, Совмина, подлинная бумага, машинки и пр.

Но есть вещи, которые нельзя подделать. В первую очередь не подделывается стиль - это я вам как автор художественной литературы могу сказать совершенно точно. Он - такой же индивидуальный признак человека, как отпечатки пальцев или голос. Давайте сравним стиль этих документов и подлинных бериевских писем, которых известно очень мало - но все же для анализа хватит.