Набрав полные легкие воздуха, Милка приготовилась обрушиться на меня с новой силой. Однако на сей раз ей это не удалось - помешал грохнувший вдруг оркестр. Ребятушки, видимо, всерьез задумали заняться нашими ушами, со всей моченьки они колотили по барабану и рвали струны гитар, решив громкостью компенсировать издержки музыкального образования. Милка правильно поняла - в этой ситуации ни о какой задушевной беседе не могло быть речи - и потому замолчала. Мысленно поблагодарив квартет, я разлил вино и, улыбнувшись своей благоверной, поднял фужер. Справедливо решив, что понапрасну расходовать свои силы в таком сумасшедшем грохоте нерационально, она тоже подняла бокал. Таким образом благодаря бесноватому квартету у нас воцарилась некая глухонемая идиллия. Мы жевали мясо, пили вино, при этом глупо улыбались друг другу. Это продолжалось не менее получаса, пока вдруг мною не овладело непонятное чувство обеспокоенности. По своему горькому опыту я уже знал, что так просто оно не приходит. Глядя на Милку, я понял, что она находится в схожем состоянии. Стараясь казаться веселым и непринужденным, я осмотрел зал. За третьим от входа столиком сидели два мужика. Они-то и являлись генератором моей нервозности. Довольно бесцеремонно они пялились то ли на меня, то ли на супругу. Видел я их в первый раз, а поэтому, успокоился, решив, что их наглые взгляды носят чисто сексуальный характер и предназначены моей дражайшей половине. Ухмыльнувшись, я наклонился к ее уху и, подначивая, спросил:

- Какой из них твой? Тот, что пожирнее, или тот, что повыше, помоложе?

- Заткнись, дурак! - прокричала она в ответ.

- Это точно, что дурак! Вижу, что даром ты времени не теряла. Всего на месяц тебя одну оставил, так ты тут же себе кобелей завела. Стыда у тебя нет. Распутница и ренегатка!

- Замолчи, ненормальный. Я их вижу впервые.

- Может быть, не помнишь, темно было... - сочувственно предположил я.