- Ученый, значит? Хорошо, в изоляторе годик посидишь - готовым доктором выйдешь. Если, конечно, докажешь, что не ты Валерку оформил. Где он, показывай.

- А что, более компетентных людей в вашем околотке не нашлось?

- Заткнись, доктор. Марсель, накинь на него наручники, чтоб не квакал. Прокопчук, показывай.

Конвоируемый Марселем, я со всеми вместе протопал в дом. Прямым ходом старший бестолково попер в комнату убитого. Несколько минут он глубокомысленно разглядывал убиенного, потом потрогал ногу покойного и глубокомысленно изрек:

- Теплая еще, совсем недавно замочили.

- Идиот, - не выдержал я, - сегодня в тени тридцать семь, его могли убить неделю тому назад, температура была бы та же.

- Попрошу без оскорблений, если бы его убили неделю тому назад, то сейчас бы он очень сильно вонял, а от него пахнет потом и кровью.

Для вящей убедительности старший нагнулся, понюхал шмаровский живот и удовлетворенно отметил:

- Свежий труп, недавно приготовленный. Ну что, брат, отгарцевал, значит, говорил я тебе: Шмара, не помрешь ты своей смертью, а ты мне не верил, ругался. Давай, Марсель, вызывай бригаду, Прокопчук не шутил.

- "Искра", "Искра", я "Восьмой", - забубнил в рацию мой конвоир, - как слышите? Как слышите, прием.

- Слышу нормально, ну что там у вас?

- Прокопчук не шутил, посылайте бригаду, ждем здесь.

- Ну что, доктор, - уже на веранде спросил старший, - ты зачем Шмару завалил?

- Да так, чтобы квалификацию не потерять. При моей профессии нужны постоянные тренировки, а кроме него, под рукой никого не оказалось.

- Шутишь, значит, ну шути, шути. А где хозяйка, кажется, ее зовут Зоя... Зоя...

- Федоровна, - вылепился Валентин, - она на чердаке отдыхает, пьяная.

- Марсель, притащи ее сюда.

- Не делайте этого, - решительно возразил я.

- Это еще почему?