- Ментам хоть сообщили?

- А как же, всенепременно, наверное уже приехали.

Минут через десять окрестные дачи зашуршали, зашелестели. Зашебаршился любознательный люд и тоненькой струйкой потек к колодцу, где забесплатно можно поглазеть на увлекательнейшее зрелище - усеченную людскую голову. Недалеко от них ушла и супруга. Разливая по стаеанам остатки минералки, вроде равнодушно спросила:

- Голова - то мужская?

- Не угадала. Молоденькая девчонка и притом симпатичная.

- А вы её что же, выловилм случайно?

- Нет, судя по всему её специально заклинили в черпачное ведро, да так чтобы её глаза смотрели на достающего. Милка, негоже так, не по людски, надо бы выпить за помин её непорочной души.

- Непорочным головы не отрезают.

- Значит за помин её грешной души.

- Интересно кто она такая? Не дачница ли?

- Сходи да узнай если тебе так любопытно, а у нас с Алексем Николаевичем есть вопросы поважнее. Например, надо купить хлеба...

В полдень, когда мы садились обедать, явился участковый. Не иначе как по наколке Александр Владимировича. По моему мнению приперся он совсе некстати, потому что мы с тестем под сенью раскидистой яблони только только собирались отметить новоселье. Незванного гостя вышла встречать Милка и после коротких, уточняющих фраз подвела к нам сорокалетнего здоровяка одетого в спортивный костюм.

- Мир этому дому. - Жизнерадостным болваном начал он. - Как отдыхается? Доброго вам здоровья, Алексей Николаевич!

- Что? - Удивленно обернулся к нему тесть. - Никитин? Растак твою эдак! А ты как здесь очутился? При чем здесь наш РОВД?

- А не причем, я там давно не работаю. Уже три месяца в участковых хожу.

- Ну и дурак! Ты же был толковый сыскарь.

- Может и толковый, а только надоела толковому сыскарю общага. Особенно когда вчетвером ютишься в пятнадцати метрах. Пусть я теперь участковый, зато имею отличный дом, большой участок и чистый воздух. Плюс довольную жену и счастливых детей. А что человеку ещё надо?