А вышло, что и не хватило его, "вещества". На полбалла не хватило до той заветной цифры, после которой корявый термин "абитуриент" меняется на звонкое слово "студент". Потом был год в какой-то унылой конторе - для стажа! - а весной вдруг грянула для него, для Вальки, лихая, с присвистом, песня: "А для тебя, р-родная, есть почта пол-левая"... В общем, труба позвала! И вот уже на тебе почти что модный ремень с якорем и звездой на бляхе, на зябнущей голове - бескозырка без ленточки, и ты можешь считать себя первым лишь тогда, когда видишь грудь четвертого: "Р-равняйсь! Смир-рна! Для встречи спр-рава!.." И называлась все это - "учебный отряд"...

Вот там-то оно впервые и появилось всерьез, это ощущение, неполноценность. Нет, учеба шла хорошо, даже более чем, но вот остальное!

О занятиях физподготовкой даже сейчас стыдно вспоминать. Освобождений здесь не было - какое там! - и Валька стал в смене кем-то вроде Олега Попова: "Спешите видеть: Сизов не брусьях! Анонс: Сизов и штанга! Любимец публики прыгает через гимнастическую лошадь: масса эмоций и здоровый смех!" Да, вот так оно и было...

А весло?! Валька тогда понял, почему самых отъявленных негодяев ссылали раньше на галеры.

Четырехметровый деревянный "движитель" десятивесельного баркаса стал для него настоящим кошмаром. Больше того: весло казалось неким символом издевательства над здравым смыслом вообще! Век электроники, атомной энергии, космических свершений - и тут же рядом тяжеленная деревяшка, дико изматывающая работа:"Нав-вались!!!" Распухшие пальцы, лопнувшие пузыри на ладонях, словно изломанное на дыбе тело - жутко вспомнить! Правда, кое-какая силенка потом появилась, этого не отнимешь...

И все-таки самым трудным для него было не это. Главным оказалось то, что он, Валька, начал катастрофически быстро терять уважение к самому себе.