знания, чтобы приблизиться к пониманию тайны Person. Но задолго до конца XX века в работах русских философов мы с удивлением обнаруживаем прекрасные описания того же самого понимания человека.

Уже упоминалось, что этимология Person имеет толкование с латинского как «неделимая в своей сущности») «per se una». Однако известны и два других варианта: person переводится как «маска», а также— «звучащая сквозь» («per sonare»).

Первое и третье определения оказываются феноменологически точными, а вот второе — «маска» — кажется чем-то противоположным сущности понятия, однако его этимологию углубляет русский религиозный философ и культуролог Павел Флоренский. Для него Персона — лик Божий, который просвечивает, звучит сквозь мирское, человеческое: «Тогда лицо получает четкость своего духовного строения, в отличие от простого лица, ... не в силу внешних себе мотивов и не в изображении, а самой своей вещественной действительности и сообразно глубочайшим заданиям собственного своего существа. Все случайное, обусловленное внешними этому существу причинами, вообще все то в лице, что не есть само лицо, оттесняется здесь забившей ключом и пробившейся через толщу вещественной коры энергию образа Божия: лицо стало ликом. Лик есть осуществленное в лице подобие Божие»

Флоренский указывает, что понятием, противоположным Person по сути, в русской традиции является замаскированная подо что-то иное пустота

От корня person во всех европейских языках произошло понятие «личность» — personality (англ.), personalitat (нем.). «Дать понятие личности невозможно, — ибо тем-то она и  отличается от вещи, что в противоположность последней, подлежащей понятию, и поэтому "понятной", она "непонятна", выходит за пределы всякого понимания, трансцендентна всякому понятию»